Девочка отодвинула полки, закрывавшие вход в погреб, устроенный на случай шторма, и с трудом откинула защелку. Она оглядела помещение, которым они еще ни разу не пользовались, и уложила спящего брата на лежанку. Сквозь слезы, застилавшие глаза, она смотрела на его личико и сжатые во сне кулачки, одновременно прислушиваясь, как наверху крики и проклятия сменялись возгласами боли и отчаяния. Черный дым уже начинал проникать сквозь все щели, когда Грайан решила бежать. Треск пламени, пожирающего деревянный дом, становился сильнее. Ее родители погибли, скоро пришельцы отыщут ее саму, но Грайан постарается их опередить. Она должна убежать, исчезнуть в неверном свете утра и добраться до ближайших домов в пяти милях отсюда, чтобы позвать на помощь и спасти брата. Девочка убегала по короткому коридору, ведущему наверх, к запасному выходу из холодного погреба. В доме звучали крики преследователей. Снаружи дверь была скрыта густым кустарником, ею не пользовались, и вряд ли пришельцам придет в голову искать там беглянку. Вот она уже снаружи, клубы дыма застилают все вокруг, жар горящего дома обжигает кожу. Все, что было ей дорого, у нее отняли. Все, что составляло смысл ее жизни.
Внезапно какое–то движение сбоку привлекло ее внимание. Девочка обернулась посмотреть, в чем дело, но в этот миг чья–то рука закрыла ей лицо отвратительно пахнущим платком. И Грайан провалилась в темноту.
Очнувшись, Грайан обнаружила, что связана по рукам и ногам. Глаза у нее тоже были завязаны, и невозможно было понять, где она находится, кто ее похитил, даже определить, день сейчас или ночь, девочка не могла. Кто–то молча нес ее, перекинув через плечо, как мешок с зерном. Похитителей было несколько. Грайан слышала их твердые и уверенные шаги, слышала их дыхание. Она вспомнила о своем доме, о родителях и маленьком брате. Слезы снова навернулись на глаза, и горло перехватило от рыданий. Грайан лишилась всего.