Маклерен заорал и стал лягаться, когда острые, словно иглы, когти впились в его лодыжку. Сим ударил копьем в мягкую, бескостную золотистую грудь. Легкое тело взлетело в воздух, разбрызгивая зловонную зеленоватую кровь. Действуя копьем, как бейсбольной битой, Харкер столкнул двух чудовищ обратно в воду, потом сшиб с выступа еще двух — они оказались на удивление легкими — и закричал:
— Давайте наверх, под самый свод. Видите тот высокий выступ? Надеюсь, туда они не залезут!
Он протолкнул Маклерена вперед, помог Симу отбиться от наступавших сзади, и все трое стали пробираться вперед и вверх по крошащемуся под ногами камню. Маклерен добрался до самого верха и стал швырять камни в атаковавших. Рядом, по потолку проходила широкая трещина — след какого-то древнего землетрясения. Выступ, на котором они стояли, дальше вел слегка под уклон.
— О’кей! — проорал Харкер. — Здесь мы под самым потолком. Сюда им не добраться.
Плэнни прекрасно плавали, но по камням ползали плохо. Они отчаянно цеплялись за выступы, соскальзывали и плюхались в воду. Наконец маленькие монстры ухватились за тело своего товарища, убитого копьем Сима, и стали пожирать его, злобно ссорясь из-за каждого куска.
Маклерена вырвало. Харкер тоже чувствовал себя не слишком благополучно. Сим помог Маклерену перевязать кровоточащую ногу.
Высокий выступ, где они теперь находились, огибал берег большого озера. Здесь было холоднее и суше, но совершенно темно, потому что лишайники исчезли. Харкер крикнул, и эхо вернулось нескоро пещера оказалась куда более обширной, чем они думали.
Внизу, в черной воде, золотые тела кометами прочерчивали темноту. Харкер осторожно нащупывал дорогу. От предчувствия опасности, от ощущения чего-то невидимого, незнакомого и злобного по коже у него бегали мурашки.
— Я что-то слышу, — сказал Сим.
Они замерли. В воздухе разлился слабый запах чего-то пряного, сладкого, гнилостного. Откуда-то спереди доносился мягкий рокочущий звук. Харкер решил, что там река втекает в пещеру Но Сим имел в виду не звук текущей воды. Он обратил внимание на странный сухой хруст, шедший отовсюду. Черная поверхность озера была теперь усеяна фосфоресцирующими пятнами Они быстро росли, сближались и вскоре превратились в сплошной ковер из цветов — голубых, золотых и пурпурных; на цветах сидели сверкающие Пловцы.