Первым к девушке приблизился Дима.

— Вас кто-то обидел? — сочувствующе поинтересовался он. — Может, мы сможем вам помочь?

— А, иди ты! — вяло отмахнулась девушка. — Помощник нашелся…

— А плакать здесь запрещено, — громко пробасил Костя. — Милиция оштрафует.

Девушка подняла на него глаза, и тут «молчуны» невольно подивились их яркой синеве. И вообще девушка была очень хороша собой. Ее оголенные до плеч руки двигались, как у Одетты из «Лебединого озера». А златокудрая замысловатая прическа была, пожалуй, больше самой головы.

— Нет, на самом деле, — настаивал Дмитрий. — Что случилось?

— Да что случилось… — снизошла до ответа девушка. — Уволили, вот что случилось. А маму тоже уволили. Неделю назад. Что мы теперь жрать будем?

— А вы по профессии кто? — заинтересовался Костя.

— Ну, кто, кто… Лаборантка я. Была. В литейке. А теперь вот никто.

— Дима, — обратился Костя к другу, — а ведь нам позарез нужна лаборантка.

— В самом деле! — подхватил Дмитрий идею Кости. — Вас как зовут?

— Нелей… А вы что, кооператоры? — сразу перестав плакать, с надеждой поинтересовалась девушка.

— Нет, мы не кооператоры, — вздохнул Костя. — Мы из НИИ космической аппаратуры. Но на работу устроить сумеем.

— Могим! — подхватил Костя. — Ей-богу, могим! Неля встала, оправила платье. Из сумочки вынула зеркальце, посмотрелась в него, смахнула с ресниц слезы. Потом втроем они бродили по тополиной аллее, и Алевтина поведала им, как жестоко, как несправедливо обошлись с нею в литейке. А все потому, что она не любила несправедливости, говорила правду в лицо.

11

Как и следовало ожидать, Петя Деев решительно отказал в приеме на работу Алевтины Бородипой.