Вы верите в легенды. Вы думаете, что Лунный Камень превратит вас в богов. Вы сходите с ума, как все прочие дураки, по власти и славе, которые, как вы думаете, вы получите. Ну так я могу сказать вам: Лунный Камень не даст вам ничего, кроме страданий и смерти…– Он заговорил громче, – Уходите… лгите кому-нибудь другому. Напугайте Стражей Верхних Морей. Подкупите самих богов, чтобы они доставили вас туда. Но убирайтесь от меня.

Венерианец медленно встал. Кабина была мала для него, балки палубы ложились на его плечи. Он отшвырнул в сторону маленького дракона, схватил Хита обеими руками и сказал:

– Я дойду до Лунного Огня, и ты отведешь меня туда!

Хит ударил его в лицо. Брока на минуту опешил от неожиданности, а Хит сказал:

– Ты пока еще не бог!

Венерианец оскалился..Руки его передвинулись и крепко сжались.

– Брока! – резко крикнула женщина и, шагнув ближе, вцепилась в запястье венерианца. – Не убивай его, дурак!

Брока тяжело выдохнул сквозь зубы. Руки его постепенно разжались. Лицо Хита налилось кровью. Он упал бы, если бы женщина не подхватила его. Она сказала Броке:

– Ударь его, но не сильно.

Брока поднял кулак и осторожно стукнул Хита в определенную точку на челюсти.

Прошло не менее двух долгих венерианских часов, прежде чем Хит пришел в себя. Процесс этот, как всегда, происходил медленно – постепенный переход от неопределенного состояния к резкому осознанию всего, что случилось. У него было ощущение, что его голову надвое разрубили топором.

Он не понимал, с какой стати он проснулся. Наркотика было достаточно для нескольких часов тяжелого сна. Небо за дверью кабины изменилось: ночь кончалась.

Хит полежал, размышляя, не болен ли он, и тут вдруг внезапно понял, что именно разбудило его.

“Этна” была на ходу.

Его так душила злость, что он даже не мог выругаться. Кое-как он поставил себя на ноги и пересек кабину. Он сразу почувствовал, что “Этна” идет не так, как надо, что утренний ветер силен, а она рыскает.