Шеф щелкнул выключателем и поднял на меня тяжелые выцветшие глаза.

- Моргачи? - спросил я. - О чем, собственно, идет речь? Почему администрация "СГ" боится скандала, связанного с моргачами?

- В самую точку, - удовлетворенно заметил шеф. - Ты умеешь ставить вопросы. В запасе у нас шестнадцать дней, у тебя, Эл, только десять. На одиннадцатый ты должен сидеть вот здесь и рассказывать нам о том, что вызывает вопросы сегодня. Твое дело - попасть в Итаку и снять на пленку все, что сможешь. Хотелось бы увидеть и то, что снять невозможно. Нас интересует все - неприглядные истории, сомнительные действия, несчастные случаи... Не отвергай ничего. Чем страшней и трагичнее будет выглядеть Итака, главное гнездо "СГ", тем лучше. Нам хотелось бы, чтобы ты обнаружил в Итаке ад. Нам необходима информация, от которой "СГ" вывернуло бы наизнанку. И помни, Эл, у тебя всего десять дней. Ты не имеешь права заболеть, попасть под пулю, не вернуться вовремя или вернуться без материалов. _В_о_с_е_м_ь _п_р_о_ц_е_н_т_о_в_, Эл! Разве такое не вдохновляет?

- В чем заключаются функции санитарной инспекции?

- Итака - закрытый город. Целиком, со всеми потрохами, он принадлежит комбинату "СГ". Там нет полиции, есть полиция "СГ", в Итаке вообще нет ничего, что не принадлежало бы "СГ". А санитарная инспекция... Считай, что это нечто вроде тайной армии. И помни, они умеют делать свое дело, умеют стрелять, идти по следу, вести энергичный допрос, то, что немцы называют коротко - "шарффернемунг"..." Ты понял меня?

Я кивнул. Я любовался шефом.

Чисто выбритые щеки круглились, их покрывал нежный румянец, мутноватые глаза помаргивали за стеклами очков - шеф был уверен в достаточности предоставленной мне информации. И я знал, чего он ждет от меня.

Я еще раз кивнул:

- Десяти дней мне хватит.

В аэропорт я прибыл на полчаса раньше, чем было нужно. Уверенно прошел в свой сектор, разыскал бар и надежно в нем устроился. Пока бармен готовил коктейль, дивясь указанным мною ингредиентам, я лениво листал брошюру, рекламирующую стиральный порошок "Ата".