Детинушка сидел на земле между корней раскидистого вяза, вертя в руках кошель. Он явно прикидывал, куда его пристроить. Попытался засунуть за пазуху – не лез. Покосился на пояс. Там уже висел один кошель с призовой сотней. Тяжко вздохнув, рыцарь протянул руку, пошарил в груде валежника, лежавшего тут же, неподалеку, извлек оттуда котомку, и затолкал кошель внутрь.

– То, что надо.

Рыцарь сунул котомку под голову, и примостился между корнями, свернувшись калачиком. Через несколько минут до дракона донеся его могучий храп.

Странный какой-то рыцарь, задумался Ариэль, бросив взгляд на быстро темнеющее небо, подкрашенное догорающим закатом. Может я ошибся? Если верить романам, ему сейчас самое время петь серенады под балконом своей прекрасной дамы, а он тут дрыхнет без задних ног на голой земле. Ну, положим, нет у него в этом городе прекрасной дамы. Предположим это приезжий рыцарь. Тогда почему не идет в трактир? С такими деньгами его на любом постоялом дворе с распростертыми объятиями примут. Может, ждет кого?

Пока он мучился над этими вопросами, стемнело окончательно, и в небе проявилась ущербная луна. В ее призрачно-голубоватом свете роща словно покрылась серебром, и Ариэль невольно залюбовался этой фантастической картиной. В глубине души он был романтик. Наслаждался красотами природы дракону долго не дали. Ариэль встрепенулся, услышав подозрительный звук доносившийся откуда-то сверху. Дракон задрал голову, и выпучил от изумления глаза. Сам он в темноте видел прекрасно, и частенько парил в вышине, наслаждаясь ночной прохладой, но ни разу в это время суток не видел в небе соколов. Теперь увидел. Сокол, сложив крылья, пикировал вниз, причем точно на рыцаря! Дракон чуть не выскочил из кустов, чтобы спасти своего будущего спасителя, но в последний момент заметил, что траектория полета хищной птицы чуть-чуть изменилась. Сокол с размаху ударился о землю, слегка задев крылом храпящего детину, и мгновенно превратился в человека.