Гербы – другое дело. Это мой конек. В общем, протягиваю шефу пергамент обратно и говорю, глядя так понимающе: «Ну...»

Светило только хмыкнуло, сам-то полиглот, что ему старофранцузский, оно и по-этрусски болтает, как так и надо. Но все же выдало мне перевод. Это оказалось донесением от одного из наших стаци

– Как насчет Льежской конвенции? – спросил я.

– Спокойно, там будущее еще не наступило, – ответил шеф.

– Сколько человек отправляется со мной? – Я старался казаться кратким и деловым.

– Один, на твой выбор. – Лицо светила ничего не выражало.

Я горько усмехнулся. Задача, которую ставило передо мной начальство, была вполне под силу для небольшой армии. Найти, Освободить, уйти благополучно. На все про все десять дней. От силы – две недели. Если Бог даст.

– Надеюсь, вы найдете союзников среди местного населения, – угадал мои мысли шеф.

Я тоже на это крепко надеялся. Что мне еще оставалось, как не рассчитывать на поддержку аборигенов, если собственное начальство таковую мне предоставлять не собиралось.

Дальше были сборы. В одном из закоулков наших катакомб, переоборудованном в спортзал, я, как и рассчитывал, обнаружил Лиса.

Сергей Лисиченко, прозванный так отчасти из-за фамилии, отчасти из-за схожести повадок, был моим неизменным напарником в подобного рода вылазках. Сейчас он развлекался, со зверским лицом вращая свои литые нунчаки. Гул стоял как от винта небольшого вертолета.

Я прислонился к дверному косяку, ожидая, когда мой напарник закончит свои экзерсисы. Но, похоже, ободренный моим вниманием, он и не думал останавливаться.

Подождав еще минуту, я тихонько окликнул его: «Ли-ис!» Стальные палки свистнули в последний раз и аккуратно сложились под лисовской правой рукой. Он ожидающе посмотрел на меня и с плохо скрываемой гордостью осведомился:

– Ну как?

Зрелище впечатляло, о чем я тут же сообщил. Сережа просиял.