Я решил не портить Маролану настроения.

- Тогда я ухожу, - заявил я и поклонился.

- Очень хорошо. Если я тебе понадоблюсь, дай знать.

Я кивнул. К несчастью для Маролана, я запомнил его слова.

Вы знаете, в чем состоит единственное и самое существенное различие между драгейрианином и выходцем с Востока? И дело тут вовсе не в том, что они выше и сильнее нас - я являюсь живым подтверждением того, что размеры и сила не самое главное. И не в том, что они живут две или три тысячи лет, в то время как мы пятьдесят или шестьдесят. Никто из моих знакомых не рассчитывает умереть от старости. И даже не в том, что у них с самого рождения имеется связь с Имперской Державой, что позволяет им использовать магию. Выходцы с Востока (как мой умерший, не оплаканный отец) могут купить себе титул в Доме Джарега или присягнуть на верность некоему благородному лицу и превратиться в теклу стать гражданином и получить доступ к Державе.

Нет, как мне удалось установить, самое большое различие заключается в следующем: драгейрианин способен телепортироваться и при этом не страдать от тошноты.

Я появился на улице возле своего офиса, чуть не расставшись с содержимым собственного желудка. Сделав несколько глубоких вдохов, подождал, пока мои несчастные внутренности немного успокоятся. Один из магов Маролана сотворил для меня нужное заклинание. Я и сам могу его сделать, но у меня это получается не слишком здорово, а от плохого приземления лучше моему желудку не становится.

В то время мой офис на Медной улице занимал заднюю часть небольшого игорного заведения, которое, в свою очередь, находилось внутри магазинчика, где продавались галлюциногенные травы.

Офис состоял из трех комнат. В первой сидел Мелестав, мой телохранитель-швейцар. Здесь имелся стол и четыре достаточно удобных деревянных стула. Справа располагался кабинет Крейгара, где хранились досье. В маленькой комнатушке Крейгара стоял письменный стол и единственный жесткий деревянный стул - больше там ничего не помещалось. За спиной Мелестава была дверь в мой кабинет. Мой письменный стол был больше, чем у Крейгара, но меньше, чем у Мелестава. За ним, лицом к двери, я поставил мягкое вращающееся кресло. И еще два удобных кресла, одно из которых обычно занимал Крейгар.