- Завербованный всегда назначается первым помощником. - Капитан недовольно фыркнул. - Даже несмотря на его мягкое отношение к команде. Ты ведь мягко относишься к команде, так?
- Ну… наверное… - промямлил Алекс - Я хотел сказать… какой из меня помощник… Подождите, я ничего не могу понять. То есть…
- Никаких отговорок! - прервал его хока. - Вперед, за дело, мистер Зеленая Борода. Мы собираемся обогнуть мыс Горн, и я не потерплю симулянтов на судне.
Алекс изумленно выпучил глаза:
- Мыс Горн?
- Я все сказал, мистер Зеленая Борода.
- Но… - яростно запротестовал Алекс, в то время как боцман Билли начал выталкивать его из каюты капитана. - Как… как долго будет длиться это плавание?
Физиономия капитана вдруг приобрела грустное и одновременно смущенное выражение.
- Это зависит, - мрачно ответил он, - от того, какой путь мы выберем.
С этими словами капитан скрылся за дверью, ведущей во внутреннюю каюту. Через секунду оттуда донесся его приглушенный голос:
- Ставьте паруса, мистер Зеленая Борода, и доложите мне, когда ветер станет крепчать.
Алексу показалось, что слова капитана сопровождаются сдавленными рыданиями.
Понимая, что спорить дальше - гиблое дело, Алекс вернулся на палубу. «Несовместимый», подгоняемый сильным бризом, резво летел по сверкающей глади моря. Скрипели борта, стонала оснастка. Хоки прилежно выполняли свою работу, и Алекс с надеждой подумал, что, возможно, ему не придется ими командовать. Он мог пилотировать космический корабль в межзвездном пространстве, но лини и леера приводили его в замешательство.
Возможно, в нем самом и не было никакой надобности. Он был просто частью модели, которой так непреклонно следовали хоки. Так же и разговоры о жестокой экзекуции вполне могли быть лишь разговорами - матросы чувствовали, что должны вести себя именно так. Все это было слабым утешением для Алекса, ведь та же упертость хоков уносила его все дальше от цели. Без этой навеки проклятой бороды он мог бы свободно взять командование кораблем на себя и вернуться на берег, но он не мог избавиться от бороды, не добравшись до берега. Алекс почувствовал, что обречен.