— Я? — ахнула изумленная Кайра.

— ТЫ, — раздраженно рявкнул Аргант, он вообще был недоволен, что ехать за ведьмой поручили ему, — Сиятельный поехал за магом, а пока ты постарайся!

Собственно Кайре было наплевать на Сиятельную, но из слов Арганта следовало, что Дамона опять выпороли и выпороли сильно, а к Дамону она готова была бежать в любое время.

Вот только едва она переступила порог княжеских покоев, стало ясно, что дело обстоит крайне плохо: ребенку Сиятельной уже не суждено было родиться, и надо было спасать мать… Когда утром в покои княгини ворвался Сиятельный в сопровождении магессы, они застали находящуюся в полуобморочном состоянии прислугу и растрепанную ведьму, чьи руки были по локоть в крови, а в невыразительных карих глазах горели нехорошие желтые огоньки…

Кайра не почувствовала даже облегчения, просто обогнула вошедших и вышла. Ей было все равно. Схватив за грудки первую попавшуюся в коридоре служанку, она потребовала отвести ее к Дамону.

При виде нее, лежащий на животе мальчик приподнялся.

— Кайра, я Кассию нос сломал.

Вот так, — ни объяснений, ни оправданий, как всегда! Правда Кайра уже вытрясла все у прислуги. Оказалось, что Кассий, мягко сказать не любивший Дамона именно за то, за что его в тайне обожали все учителя юного князя, поэтому не упускавший возможности унизить или оскорбить не в меру сообразительного слугу, решил на этот раз не ограничиваться словами. Вот только опыт уличных драк у его младшей и выглядевшей вполне беззащитной жертвы, был куда более обширным! Дамон среагировал, скорее даже помимо воли, а когда сообразил, что наделал, было уже поздно. Зажимая кровоточащий после встречи с подносом в руках Дамона нос и умудряясь при этом гнусаво вопить, Кассий умчался к покоям матери. Сиятельная, не меньше сына недолюбливала своего неудавшегося пажа, потому что из них двоих именно Кассий выглядел деревенским увальнем. Была в пригретом из жалости выкормыше какая-то бесовская изящность и молчаливая дерзость, — видимо кровь сказывалась… Кроме того, как и все беременные женщины, она была нервна и легко возбудима. Нахальство неблагодарного приемыша, посмевшего поднять руку на ее сына, привело Сиятельную в ярость, и она приказала без долгих проволочек нещадно выпороть плетьми наглеца.