Ох, и тарахтелку же, нам прислали. Народа в салон набилось предостаточно. Но ради Деда Мороза потеснились. Греясь во всеобщей давке, я начал надеяться, что уж две остановки нам никто не помешает проехать. В такой толкотне кондуктору пропихнуться к нам будет весьма непросто. Кондуктор, однако, попалась весьма догадливая. На первой остановке она просто вышла через переднюю дверь и вошла в нашу. Теперь никого не волновало, что нам выходить на следующей. Отвертеться от оплаты сейчас казалось таким же реальным, как построить коммунизм.

- Оплатим проезд! - этот голосище вполне мог докричаться до водилы, чтобы он не открывал двери, пока все, кому положено, не расстанутся с пятёриками.

Народ неохотно полез по карманам. Я отводил взгляд, но громыхающая монетками сума прямо-таки впивалась в бок.

- А вам что, особое приглашение?

Я покосился на кондукторшу. Её лицо недвусмысленно намекало: да, да, красношубый, не думай, что у меня ты прокатишься бесплатно.

"Ну нет у меня денег", - мелькнуло в голове. Мелькнуло и погасло, потому что настоящие Деды Морозы о деньгах не говорят. Мне горячо захотелось доказать, что мы - не халявщики, но я не видел способа насобирать пять рублей.

- С Новым Годом, - ляпнул я и улыбнулся. И не отводил взгляд.

Кондукторша замешкалась. Наступал переломный момент, когда в нашу пользу могла сыграть любая мелочь. И тут Снегурочка протянула ревнительнице дорожных сборов грейпфрут-великан.

Улыбка преобразила усталое лицо кондукторши. Стало понятно, что и у неё за суровыми буднями живёт ожидание праздника. Надо только дотерпеть до него, дождаться. И уж тогда...

Будем весело плясать,

Будем песни распевать,

Чтобы ёлка захотела

В гости к нам прийти опять!..

Наш грейпфрут облегчил бремя ожидания. А тут с шипением распахнулись и двери.

Пробкой я вылетел из автобуса. Приземлился на носок, развернулся, нашёл точку опоры и протянул руку спускающейся Снегурочке.