— Я должна умереть. Я изменила своему господину — я обесчещена… — отрешенно произнесла она.
— Ты спасла свой народ — своих родных южан, и в конечном счете, всю Шотлу.
— Но нарушенные клятвы… — Она заплакала, тихо и безнадежно.
— Клятва — это только средство. Оно не должно заслонять собой цель.
— Клятва есть клятва. Но, Доминик, необходимо было выбирать между Пендой и… тобой.
Он изо всех сил старался утешить ее. Но про себя угрюмо отметил, что еще никогда не чувствовал себя таким подлецом.
5
Невооруженному глазу война в космосе была едва заметна — лишь краткие вспышки излучения среди звездных скоплений, изредка — темный силуэт корабля на фоне Млечного Пути. Но адмирал Уолтон улыбался со сдержанным удовлетворением, получая весь объем информации через семантический интегратор.
— Мы добиваем их, — произнес он, — наша оперативная группа имеет двукратный численный перевес, не говоря уже о том, что они дезорганизованы и деморализованы.
— С кем мы сражаемся? — поинтересовался старший помощник Чанг.
— Точно не известно. Они разбились на такие мелкие группы, что невозможно понять, кто есть кто. Но, судя по донесению Флэндри, это должен быть — никак не могу запомнить его чудное имя — герцог Маркаграв со своим флотом. Он удерживает этот сектор и верен королю. Но не исключено, что это Келри, тоже враждебный Империи — но воюющий с Маркагравом и выступающий против короля.
— Клянусь солнцами, кометами и маленькими зелеными астероидами! — вырвалось у Чанга. — Похоже, что вся шотланская гегемония рассыпалась. Полный хаос! Происходит война всех против всех не на жизнь, а на смерть! Как ему это удалось?
— Не знаю, — усмехнулся Уолтон, — но Флэндри ас имперской разведки.