Вдали, уже не в первый раз, кто-то жутко взвыл.

- Кенгуравидная собака, - пробурчала Маша. - Такие в Австралии вроде бы водятся. Жрать хочет. Как я.

- Там сумчатые водятся. И дикие собаки динго. А это большая... Маш, тебе что, совсем не страшно?

- Я уже уссалась и больше не хочу. Нечем. Умерла - не умерла, боюсь - не боюсь. В аду, в чистилище, в Австралии или в созвездии Раком - я хочу существовать. И можешь не сомневаться - жить буду до последнего дыхания. Прискачет твоя динго или динозавр - получит камнем в лоб. Начнет меня жрать - буду до последнего кусаться. Ты камень несешь?

- Несу, - Даша стискивала в руке шершавый кругляш. Как ни странно, от ощущения тяжести в руке становилось немного легче.

- Ну и молодец, - сестра вздохнула. - Может, взглянешь на телефон? Вдруг ожил?

Даша вытащила из кармана на юбке свою "раскладушку". Открывается со скрипом, экран темный, даже вынуть аккумулятор никак не получается. Совсем умер телефончик.

- По-моему, он сломался, - сказала девочка. - А еще, Маш, у меня, кажется, карман отрывается.

- Ты осторожнее. Не потеряй. Телефон, да твой плеер дурацкий - всё, что у нас осталось. Вот сука эта террористка! Наверное, мою сумку вообще в клочья разнесло. И как я ее из рук выпустила? Черт! Вернемся домой - выйду замуж за генерала из ФСБ. Буду вдохновлять на неустанную борьбу с террористами и прочими незаконными формированиями. Они у нас, тупорылые шахиды, попрыгают.

Даша засмеялась и зашмыгала носом.

- Ты что это? - встревожено спросила Мари. - Простудилась в такую теплынь? Хлюпаешь на всю степь. Высморкайся немедленно!

- Как? В подол? У меня платка нет.

- В подол не нужно. Мы и так на бомжих похожи. Сморкайся рукой, как футболисты...

Даша честно пыталась, но в основном размазывала сопли. Звуки получались противные.