В самом начале войны еще Николай с нашей подачи резко ограничил возможности вывоза золота из страны, мотивировав это начавшейся войной. Мера получилась непопулярная, но тогда сразу случилось столько событий, что конкретно по этому поводу мало кто возмущался. Теперь, в силу закончившейся войны, ситуацию предлагалось вернуть к довоенной… Почти. Вывоз золота был разрешен, но только с согласия специального комитета при министерстве финансов. Для получения согласия нужно было заполнить декларацию, причем неточности в ней подлежали уголовному преследованию с конфискацией имущества. Аналогичная картина была и для заграничных валют, а вот все ограничения на вывоз рублей снимались. То есть под видом частичного восстановления золотой стандарт имени покойного Витте был практически похоронен…

– Замечательно, – выразил свое отношение я, – у меня, кстати, есть предложение в тему. Оно в том (я вытащил пару листков из своей папки), что в уголовном праве просто недопустимо мало статей с конфискацией. Вот, значит, мои предложения по расширению этой чрезвычайно действенной меры, в основном я предлагаю дополнить этим большинство политических статей. Ну и некоторые уголовные такая фенечка очень украсит… В общем, вместо всех этих уложений и сводов пора нормальный уголовный кодекс писать, причем поручать это минюсту как-то не хочется, напишут не того да еще растрезвонят об этом по всему свету. Так что предлагаю создать рабочую группу и приступать, не откладывая… Мои предложения по персоналиям на втором листе.

– Возражения есть? – обвел нас взглядом Гоша. – У меня тоже нет, так что принимаем оба предложения. Он сделал пометку в своих бумагах.

– А теперь – то, что хочу предложить я, реформа образования. Подробно она расписана там, – он показал на три тоненьких брошюрки, – а я вкратце поясню, что предлагается.