Нора привлекала также летучих мышей, и сейчас под ее сводами вниз головами висели полчища этих тварей. Они дремали, чтобы в сумерках проснуться и со свежими силами отправиться на охоту. Наличие в норе летучих мышей создавало для любого попавшего в нее еще одну опасность, самую страшную. В этом году летучие мыши были поражены непонятным вирусом.

Кадж отряхнулся. Затем он начал копать задними ногами землю, пытаясь оттолкнуться, но безуспешно. И потом, он не забыл о кролике. Его глаза еще не привыкли к темноте, и, хотя он чуял какой-то запах, он не представлял, что же может так пахнуть. Запах кролика был сильнее странного запаха. Он был горячим и аппетитным. Кушать подано.

Его лай растревожил летучих мышей. Он вспугнул их. Кто-то нарушил их покой. Мыши стаей ринулись к выходу - и тут они наткнулись на неожиданную преграду: Кадж свои могучим телом перекрыл выход. Выхода больше не было.

Мыши пищали и хлопали крыльями в темноте, создавая ветер. На дне норы дрожал еще не потерявший надежду кролик.

Кадж наконец разглядел летучих мышей и испугался. Ему не нравился производимый их крыльями свистящий звук, ему не нравилось ощущение близости их теплых тел. Он громко залаял. Вдруг одна из мышей коснулась крылом его лапы. Он попытался схватить ее зубами, но в это мгновение мышь изловчилась и укусила его за шею. Кадж, резко повернув голову, клацнул зубами, и маленькая хищница замертво свалилась на дно норы. Но дело было сделано: укус бешеного животного наиболее опасен в районе головы, потому что бешенство поражает центральную нервную систему. Никакая вакцина не защитит собаку, укушенную бешеным животным в голову или шею. Каджа тоже не миновала чаша сия.

Еще не подозревая об этом, но зная наверняка, что укусившее его существо опасно, Кадж решил, что будет лучше не связываться, а попытаться выбраться отсюда. С невероятным усилием он оттолкнулся от дна норы и вылетел наружу. Из ранки на шее текла кровь. Кадж сел, задрал морду и жалобно завыл.