- Ты бросил свою машину прямо на шоссе у дома, - сказала Донна. Почему бы тебе не укрепить на ветровом стекле табличку: "Я ТРАХАЮ ДОННУ ТРЕНТОН"?

- У меня были причины оставить машину именно там, - все еще улыбаясь, ответил Стив. - И потом, раньше тебя это не смущало, моя дорогая.

- Не хочу больше разговаривать с тобой. Если ты немедленно не уберешься, я намылю тебе шею.

Его улыбка слегка потускнела. Перед Донной стоял человек, который ей совершенно не нравился, человек, чье имя она ни под каким предлогом не хотела бы связывать со своим. Она лгала Вику, изменяя за его спиной со Стивом Кемпом. Ей давно хотелось разорвать этот порочный круг. Но присутствие рядом Стива Кемпа - известного поэта, большого энтузиаста тенниса, великолепного послеполуденного любовника - деморализовало ее.

- Будь серьезнее, - попросил он.

- Ах, какой чувствительный мужчина этот Стивен Кемп! - с иронией в голосе сказала она. - Он думает, что это шутка. Только это не шутка. Поэтому, чувствительный молодой человек, вам лучше сматывать удочки.

- Не нужно разговаривать со мной в таком тоне, Донна, - рука Стива сдавила ее запястье, и Донне стало немного страшновато.

(А разве все это время ей не было страшно?)

Она отдернула руку.

- Не серди меня, Донна, - он больше не улыбался. - Сегодня и так чертовски жарко.

- Мне? Не сердить тебя? Не я поджидала тебя, а ты меня! - все еще испуганная, она разозлилась еще сильнее. - От тебя дурно пахнет. Не смей дышать на меня! - оттолкнув Стива, она начала ставить молоко в холодильник.

Он не ожидал подобного приема. Неожиданная озлобленность Донны как будто выбила у него почву из-под ног, и он отступил назад. Но Стив был спортсменом и взял себя в руки. Резким движением он обхватил ее плечи и рывком повернул к себе лицом. Пакет с молоком выпал из ее рук и разлился на полу.