— И долго ворон считать будем? — котофей возник словно из-под земли. — Догоняй… — он вильнул хвостом и…

Но тут уже Антон не сплоховал — вцепился в загривок кота:

— Э, нет, постой… — тот дернулся, но парень держал крепко, — изволь объясниться, куда ты так несешься?

— Да тут уже близко… — заюлил котофей, упираясь лапами в землю и стараясь помаленьку ослабить захват. — Вот туточки через калиточку и почти на месте будем…

— Учти, я ведь и передумать могу, — предупредил Антон, отпуская Баюна. — Теперь ты решай, как тебе быть…

— Ага, — слишком поспешно согласился тот, отпрыгивая назад.

Калиточка оказалась узкой щелью в полуразрушенной кирпичной стене, через которую, опасаясь испачкаться, брезгливо пролез Антон и сообразил, куда так несся котофей. Они оказались на задворках центрального рынка, а, точнее, около мясных рядов. Тучи мух роились над колодами для рубки мяса. Рядом на обитых железом столах лежали приготовленные для разделки коровьи туши. Неподалеку неспешно курили два мрачного вида мужика в некогда белых фартуках. Специфический запах убоины витал над всем этим великолепием.

— Печёночку попроси, а? — умильно заглядывая парню в глаза, мяукнул внезапно засуетившийся кот. — И пару-тройку килограммов от почечной части…

— Про запас хочешь взять? — оценивающе глянул на своего спутника Антон.

— Зачем про запас? — не на шутку обиделся тот, — сейчас поесть хочу, свеженького…

— Ну, ты даешь, — хмыкнул парень и пошел договариваться с рубщиками, прикидывая, хватит ли денег.

Денег хватало не только на мясо, но и на шаурму для Антона. Мясник оказался сговорчивым — мелко нарубил купленную мякоть аккуратными небольшими кусками, покромсал меленько печень, пока покупатель пытался объяснить, что они с друзьями решили пожарить шашлыки.