...Глупец - я надеялся, что моя добропорядочность защитит меня! Но эта сила не разбирает, ей все равно...
Прошел месяц. Сосед не появлялся. Никто не наводил о нем справок. Одинокий человек может и год отсутствовать - не хватятся. Рукопись вернулась в ящик стола, и я забыл о ней. Но вчера, когда я ходил в наш супермаркет...
(фрагмент файла утерян и не подлежит восстановлению)
... знаю, что часы мои сочтены, если не ждет меня нечто худшее, нежели смерть.
Перечел написанное. Вздор! Суеверия! И все же сейчас я спрячу рукопись с моим предисловием так, что прочесть ее смогут, лишь если со мною что-нибудь случится. Но я уверен, что ничего плохого произойти не может, это нервы, это просто нер...
...декабря 200... года, четверг
В красной рубашке, с лицом, как вымя,
Голову срезал палач и мне,
Она лежала вместе с другими
Здесь в ящике скользком, на самом дне.
Утром, когда я ходил в "Перекресток", возле дома номер сорок пять расстреляли господина Савельева, Максима Ивановича. Это было так похоже на выпуск новостей или кино, что я совсем не испугался и даже не удивился. Нет, я не знал в тот момент, что он Савельев; просто высокий человек схватился за грудь и, неестественно подпрыгнув, отлетел на ступеньки сберкассы, прошитый двумя автоматными очередями.
"Восьмерка" с затемненными стеклами взвизгнула шинами и умчалась, а высокий мужчина продолжал медленно оседать на ступеньки. Когда немногочисленные утренние зеваки подбежали ближе, он уже не двигался.
Пожилая женщина закричала. Толстяк в кожаной куртке, выскочивший из "Ремонта обуви", опустился на колени возле мертвого и, пощупав запястье, достал из кармана телефон.