- Он хочет получить проценты?

- В расписке они указаны. Десять тысяч долларов плюс восемь процентов ежегодно.

- Проценты, - повторил Катлер.

- Он злится. Инициатором разрыва выступила я. В этом все дело.

- Я понял.

- Вот я и подумала, что он, возможно, передумает, если с ним поговорят двое крепких парней.

- За этим вы ко мне и пришли.

Она кивнула, не переставая вертеть в руках пустой стакан. Катлер указал на него, вопросительно поднял брови. Она вновь кивнула, он поднял руку, поймал взгляд официанта и знаком предложил повторить заказ.

Они молчали, пока пустые стаканы не заменили полными.

- Двое парней могут с ним поговорить.

- Вот и прекрасно. Сколько это будет стоить?

- Пятьсот долларов.

- Меня это устраивает.

- Вы хотите, чтобы они с ним поговорили, но на самомто деле подразумеваете под этим нечто большее. Вы хотите, что разговор этот произвел на него определенное впечатление, чтобы он понял, что должен выполнить поставленные условия, если не хочет, чтобы к нему применили меры физического воздействия. Так вот, если вы хотите произвести впечатление, надобно сразу начинать с физического воздействия.

- Тогда он поймет, что вы настроены серьезно?

- Тогда он испугается. Ибо в противном случае только разозлится. Не сразу, конечно, не в тот момент, когда двое громил прижмут его к стене и объяснят, что он должен сделать. В тот момент он перетрусит, но, если они обойдутся без рукоприкладства, он, придя домой и подумав, начнет злится.

- Кажется, я вас понимаю.

- А вот если его сразу отметелят, не очень сильно, но так, чтобы он не забыл об этом происшествии в последующие четырепять дней, тогда испуг задавит злость. Вот чего вы хотите.

- Согласна.

Он маленькими глотками пил "мартини", оценивающе поглядывая на нее поверх стакана.