Мимо Андрея Т. проскочил какой-то бойкий чертёнок; лоб его пересекала бандана; хвост был завязан бантиком; к синей негритянской губе прилепилась замусоленная цигарка; но не это удивило Андрея, не это его вывело из себя. "Спидола"! Памятник его отроческой отваги. Маленький допотопный приёмничек, принявший на себя когда-то смертельный удар Кобылыча и выживший, дотянувший до сегодняшних дней. У чертенка в когтистой лапе был его спасительный талисман.

Спиха! Спидлец! Спидолушка! Андрей Т. чувствовал себя подлецом. Как он мог позабыть о Спихе! Да, оправдания были - вихрь неожиданных впечатлений, безумная обстановка вокруг, безумные эти встречи и разговоры... Нет, не было ему оправданий!

Он ввернулся коловоротом в толпу и устремился за бесовским отродьем.

Чертёнка он разглядел не сразу. Тот был наглый, черный и голый, а таких в спешащей толпе было, почитай, большинство. Наконец он его заметил, вернее заметил сначала хвост, завязанный модным бантиком; Андрей Т., не сильно смущаясь, ухватил чертяку за хвост и намотал его на запястье.

- Стой! - сказал он чертёнку. - Нехорошо зариться на чужое.

- В чем дело, дядя? - Чертёнок слегка опешил. К разговорам на моральные темы он явно был не приучен. - О чём базар? Я что, корову твою украл?

- Приёмник, - Андрей Т. показал на "Спидолу", - он разве твой? Ну-ка, отвечай честно: как он к тебе попал?

- А, это... - Чертёнок недоумённо посмотрел на приёмник. - Надо же, изза такой рухляди здоровья человека лишать! Хвосты ему отрывать с корнем! А еще говорят - черти! Злые, неумытые, вредные. Да вы, люди, по сравнению с нами, чертями, - как акулы по сравнению с морскими свинками.

- Ты чего это к малолетке пристал? - Рядом уже толклись любопытные. Толстый одноглазый верзила с заросшей щетиной физиономией почёсывал волосатые кулаки и искоса поглядывал на Андрея: - Думаешь, раз большой да богатый, так, значит, можно над сирыми и убогими измываться?