– И что, этот поганец спер все волшебные книги ЭТОГО мира?

– Не волшебные, а магические. Волшебник и волшебство – это от рождения, а вот магия… Несколько книг, насколько я знаю, еще хранятся у домовых. Когда книги стали уносить в горное хранилище, домовитый народец прибрал кое-что.

– Но это же смешно! Столько волшебников плюс такие же книжки…

– Не такие же. Домовые самые лучшие и сильные прибрали.

– Тем более! Да с таким арсеналом выпереть какого-то самозванца раз плюнуть, а вы тут ноете.

– Ты не права. Все самые могучие волшебники пропали в первый день – куда, неизвестно. А насчет книг… Любой волшебник или волшебное существо, связавшись с магией, погибнет – разные полюса.

– То есть он занялся черной магией?

– Нет определения черная или белая магия. Есть магия и волшебство.

– Ну как же… А для чего тогда эти книги?

– Кто его знает? Так что, если верить легенде, нас спасут только Король, Страж и их друг.

– Ага! Их должно быть трое?

– Не знаю. Только в последней битве будут участвовать трое. Один погибнет, что поспособствует свержению самозванца и возвращению мира и спокойствия в наш мир.

– Чудесно, еще один и погибнет. Похоронят, конечно, с почестями, родным назначат пожизненную пенсию и льготный проезд на транспорте…

– Мам, что такое транспорт? – послышался голосок Экилдона.

– Тихо. Она пытается понять то, что я ей сказала.

– А что, без смертоубийства никак? Это же все-таки волшебная страна, – проговорила Клио, отрываясь от своих раздумий.

– Ну, один умирает, и это помогает двум другим. Наши побеждают. Ура! – не вытерпел единорожка.

Его мать дала ему хороший подзатыльник.

– А кто умрет, там сказано?

– Неизвестно. Но, по всей вероятности, не Король – ему еще потом править долго и справедливо. Понимаешь, тот, кто писал эти предсказания, похоже, мало заботился о тех, кто их будет читать. К тому же, отдавая дань моде тех лет, все предсказания написаны в стихах. Что-то вроде: