Но вот впереди деревья расступились, забрезжил яркий свет. Кажется, добрались! На пути у Степки и Иннокентия пролегла поляна, а на поляне происходило что-то непонятное, даже невообразимое.
В центре поляны возвышалось на трех суставчатых ногах странное обгорелое сооружение, похожее на перевернутую суповую тарелку. В боку у тарелки зияла дыра, а вокруг сновали синие, как спелые баклажаны, неведомые существа. Их было около десятка, существ, обвешанных какими-то цепями, утыканных металлическими колючками. У каждого в руках был стержень с крючком на конце. Существа, ловко орудуя крючком, вырывали из земли растения, обрывали ветки с деревьев и ловили мелких животных, которые, не зная меры в своем любопытстве, подходили слишком близко.
Пойманную зверюшку существа окутывали тонкой металлической сеткой и бросали в кучу таких же, спеленутых сеткой, зверьков около черной дыры в боку тарелки.
Существа двигались быстро. Крючки так и мелькали в воздухе, колючки и цепи блестели на солнце и до Степки с Иннокентием доносился металлический лязг.
- Тьфу-ты, металлисты какие-то! - фыркнул сердито Степка.
В это время "металлисты" как раз зацепили крючком какого-то зайчонка, но он вырвался, оставив клок пуха на крюке и, жалобно вереща, кинулся в лес.
- Что же это за безобразие? - рассердился и Иннокентий.
- Они и Машку вот так же крючком поймали, - неожиданно раздался грустный голос.
Степка и Иннокентий стремительно обернулись. Это был, к счастью, не бесшумно подкравшийся металлист, а домовой Федор, который так долго жил в их лесу, что был уже скорее похож на лешего, чем на домового (Как однако обманчива внешность, леший похож на водяного, а домовой вот на лешего).