На восьмой день выходит дядя Коля: вот он я! В чем душа, обремкался весь, комарам ведра два крови выпоил, но бравый:

- Знатная охота!

Ближние-то спрашивают:

- Вы это... где так долго-то?

- Дак меня Наум Евстигнеич водил: сейчас-де берлогу покажу!

- Какой Наум? Он же на глазах был, ответственность нес...

- Да вот Наум Евстигнеич. Он меня всю дорогу орешками кедровыми питал. Хотите?

И вынимает из карманов орешков горсть, но только не от кедра, а от дикой козы - это его лесной хозяин водил да угощал. Ближние сокрушаются:

- Перенапряжение на службе народу... Срочно отбываем на лечение...

Наум Евстигнеич:

- А меня-то куда?

- А ты, проходимец, к африканскому принцу поедешь! У него тамтамная фабрика что-то плохо работает - укрепишь...

Уехал, и с концами. Этот принц впоследствии людоедом оказался. То ли он съел Наум Евстигнеича, то ли наоборот - никому в точности не известно. Потому что это еще давно было. То ли при царе, то ли еще раньше.