Мне очень понравился тот вечер. Самое главное, что я ничего не боялся! И не нужно было ни о чем думать! Дядя Игорь так и сказал:

— Думать, парни, вредно для здоровья. Веселитесь, потому что вы абсолютно свободны. Свобода — это веселье, запомнили?

А потом он залезал на стол и кричал нам сверху:

— Я люблю вас, парни! Никто в этой жизни не любит вас, как я!

Было здорово ощущать себя свободным. Таким веселым и таким сильным. И ещё! Когда мы шли с ребятами по улице, то были все вместе, рядом друг с другом, а когда полезли в сад, то вообще стали как одно целое. И это тоже очень здорово.

А мама была недовольна и даже немного испугана. Она меня дома совсем затормошила. Спрашивала: что с тобой, почему у тебя такие странные глаза, где ты выпачкал рот земляникой?.. Я не признался. И следующим вечером снова пошел к соседу. Мы веселились, ели чужую землянику, мальчики постарше показывали нам разные приёмчики, которые им ещё раньше показал дядя Игорь. Я, кстати, завидовал старшим мальчикам, потому что как только мы уходили от дяди Игоря, они тут же начинали командовать. Но вообще-то было интересно бродить большой толпой по темным улицам. Мы чувствовали себя самыми главными, совсем взрослыми.

А мама почему-то сильно плакала утром. Она кричала:

— Чтобы я никогда больше не видела тебя со стеклянными глазами, слышишь, никогда!

Я ей нагрубил и убежал.

Чего она разволновалась? Непонятно. Мамины слезы меня жутко расстроили, я очень редко видел, чтобы мама плакала. Одновременно я слегка на нее злился, даже подумал: «А интересно, мама-то меня любит?» Странно. Что-то было не так, но что? Конечно, когда дядя Игорь вставляет ключ в спину, это приятно. Не то слово. Но почему глаза становятся стеклянными? Почему по ночам мне нравится воровать землянику, а утром я знаю, что поступал плохо?