Да здравствует свободолюбивый французский народ, сбросивший наконец многовековое ярмо капиталистов-угнетателей! Да здравствует нерушимая дружба двух миролюбивых стран – СССР и ФССР! Да здравствует мир во всём мире! УРА!!

* * *

Чего-то я замёрзла. Петька, гад, перед телевизором сидит. Небось, чай дует. А мне тут холодно. И чая нет. Папа, я смотрю, тоже замёрз, хоть и оделся тепло. Скорее бы закончилось, что ли. Техника прошла давно. Ага, и взрослые бойцы все прошли. Курсанты теперь. Суворовское училище. Хм. Стоит признать, в военной форме мальчишки смотрятся очень неплохо.

О, закончилось! Здорово! Можно выключить считалку, а то рука устала её держать. Дома посмотрим с дедом Мишей, чего я там наснимала. Сейчас согреюсь в машине. Мы тут уже часа полтора стоим, мёрзнем. Интересно, а товарищу Пушкину на трибуне не холодно? Он ведь довольно старенький, ровесник деда Миши. Не простудился бы. Надеюсь, он тепло оделся. Ему же ещё и демонстрацию смотреть. А нам на демонстрацию можно не оставаться. Папа со мной тоже согласен. Он включает свою коляску, и мы потихонечку начинаем двигаться к выходу с Красной площади. Баба Саша помогает папе рулить, а я иду следом за ними.

Опять считалка у меня на поясе вибрирует. Да чтоб тебя! Только убрала ведь её! Что там у этого Петьки такого случилось важного, что он не может потерпеть, пока я вернусь?

Достаю свою "Белку". Хм. А это не Петька. Это Ленка Михайлова, соседка по площадке. Летом мы с ней вместе в бассейн "Москва" плавать ходили не раз. И чего ей нужно?

Привет, привет. Я на Красной площади. Парад тут смотрела. Да, прямо на Красной площади. Чего хотела-то? Да ты что, правда?! Спасибо, Лен! Сейчас посмотрю. Всё, целую.