Зачем же Гоголем была предпринята ориентация на житие? Как житийная литература, наряду с сохранением памяти о святых подвижниках, предполагала определенное нравственное воздействие на читателей, так и Гоголь надеется на просветительское влияние своих книг, должное пробудить человеческое в человеке. Очевидно, именно поэтому им и была предпринята ориентация на житийный жанр и использованы некоторые элементы агиографического стиля.

Данная работа не претендует на исчерпывающе полное решение проблемы даже в рамках заявленной темы. Новые факты и более глубокий анализ несомненно вскроют глубинные связи Гоголя и в частности повести "Шинель" с агиографической традицией.

ВВЕДЕНИЕ

В последнее время в научной литературе о Гоголе поставлена проблема отражения в позднем творчестве писателя - периода второй редакции "Портрета" и второго тома "Мертвых душ" - традиций житийной литературы. Совершенно очевидно, что эта проблема достойна пристального внимания и изучения.

Достаточно давно в гоголеведении существует осмысление агиографического подтекста "Шинели", в котором указывается на несомненную перекличку: Акакий Акакиевич Башмачкин - святой Акакий.

Тем не менее, даже после многочисленных исследований, вопрос о принципах связи повести Гоголя с житием св. Акакия в значительной степени остается непроясненным и, как представляется, может быть определенным образом решен только при обращении к жанровому своеобразию "Шинели".

Целью данной работы является рассмотрение элементов житийной традиции в повести, обобщение предыдущих исследований, посвященных этой теме, и попытка выработки на их основе целостного взгляда на "Шинель" как на произведение испытавшее на себе несомненное влияние агиографического жанра.

Несмотря на достаточно хорошую изученность этой темы, последняя точка в ее осмыслении еще не поставлена.