Вот и Вацлавская площадь. Сигом что-то объяснял девочке, рассказывал о короле Вацлаве, но она не слушала, занятая своими мыслями.

Внезапно подняла голову, глядя ему в глаза, спросила:

- Когда у вас кончится отпуск?

- Через два дня.- Он понял, к чему она клонит, и сказал, стараясь, чтобы голос звучал как можно тверже: - Я и потом буду прилетать к тебе.

- Честное мужское слово, да?

Она испытующе смотрела на него - серьезная маленькая женщина, которая не прощает лжи. И она доверила ему то, о чем не говорила никогда никому:

- Мой папа всегда выполнял то, что говорил. Но однажды...

Когда он уходил на Опыт, то обещал вернуться...- Она отвернулась.- Я не хочу, чтобы вы подумали, будто я плакса. Но у других есть папы...

Он боялся посмотреть в ее глаза, знал, какие они сейчас. А девочка изо всех сил прижалась к нему и бормотала:

- Он обещал вернуться.

Сигом почувствовал, что больше никакими переключениями стимулятора воли не удастся сдержать ком, подступивший к горлу. Словно что-то сломалось в нем, какая-то незаменимая деталь - и третья и четвертая сигнальные системы, и даже система Высшего контроля были бессильны перед этим. Он опять на мгновение стал тем, кем был когда-то давно, до смерти,- обычным слабым человеком. Из его губ вырвалось:

- Я сдержал слово, Винтик.

- Папа...

- Я тебе потом объясню...

- Папа!!!

Сильный порыв ветра взъерошил волосы девочки, вздул пузырем ее платьице. Пушистые волосы щекотали губы сигома. Он хотел что-то объяснить девочке, но подумал: лОна не поймет. Да я и сам не мог бы определить, сколько во мне от Анта и сколько нового. Сказал ли я ей правду?" 6 - Ант,- шепнула женщина.

Он повернул к ней лицо, и она увидела, что в его глазах нет и следа сна.

- Ты не спал всю ночь?

- Мне не нужен сон. Я ведь не устаю. лЧто в нем осталось от того, которого я любила?" - думала женщина. Сказала совсем другое: