Но тогда бы она его помнила, как помнит всех, кто имел отношение к Антону, к ее Анту. За эти несколько минут она изрядно потормошила память, но ничего не добилась. А когда успокоилась, память сама легко, как вода, соломинку, вытолкнула наверх воспоминание. Фойе театра. Выставка картин молодых художников. Она тянет мужа за руку: лАнт, да пошли же! Третий сигнал!" А он смотрит на картину, написанную звучащими красками. На ней из тьмы выплывает лицо с заостренными чертами, яростно устремленное вперед. Ант сказал ей тогда: лВот каким мне бы хотелось быть". Жена искоса взглянула на его полное доброе лицо с чуть оттопыренной губой и улыбнулась про себя: лМальчишка!" А теперь она видит перед собой тот же портрет, но оживший, лМожет быть, художник писал его именно с этого человека?

Невероятно..." - Мама, а меня Валерий Павлович приглашает с собой в Прагу!

- не замедлила сообщить девочка.- Он летит туда в тот же день, что и наш класс.

- Вот вы там и увидитесь,- сказала Ксана Вадимовна, не вдумываясь в слова дочери. Она смотрела на гостя и думала: лКак будто сошел с того портрета. Это лицо... Его мне уже не забыть. Только теперь я, кажется, понимаю, что нашел в нем Ант. Но оно слишком подвижно: так быстро меняет выражения, что их невозможно уловить..." - Мама! - нетерпеливо напомнила о себе девочка.- На экскурсию меня не берут, если не извинюсь перед Колей.

- Что случилось?

- Я ударила его.

- И не хочешь извиниться?

- Ни за что! Он сказал, что герои - дураки, а трусы - умные. И что их называют по-другому потому, что это выгодно другим.

- Надо было объяснить,- попыталась успокоить дочь Ксана Вадимовна.

- Кому? Кольке? - Девочка сказала это так выразительно, что мать невольно улыбнулась, а потом ей пришлось хмурить брови, чтобы показать, что она осуждает дочь.

- Несчастный человек ваш Коля. Жизнь у него будет неинтересная, если он не изменится,- проговорила, входя, пожилая, но еще крепкая женщина с цыганскими глазами. Ее короткие черные волосы были так причесаны, что казались растрепанными.- Я - Витина бабушка,- сказала она гостю и опять обратилась к Вите: - Наверное, над ним следовало просто посмеяться.