Так что даже когда грудь в грудь выходили два полка, перевес был на стороне противника. Плюс к этому, солдаты иностранных держав были наемниками, людьми по большой части семьями и иными заботами не обремененными, чего не сказать о стрельцах, у которых имелись и семья и подворье, опять же пополнение полков шло из своих же семей, а какой родитель отправит кровинушку на убой, потому и обучают они сыновей крепко, не жалеючи, вот только новое у славен приживается плохо, так как старину отринуть не так просто. Опять же семейный человек защищая свой дом бьется без оглядки, а как подале, так совсем иной расклад выходит и назад оглянется и о семье подумает, как они без кормильца.

 - Про две тысячи это ты верно заметил, а вот еще вспомни о том, что наши полки из бывалых бойцов, да если успеть исполчить ополчение, это уже сколько получится?

 - С ополчением против гульдов? Воевода...

 - Да знаю я, что у них на сегодня самая обученная армия, да только и у великого князя нет иного выхода. За стенами мы выстоим, им еще раз пять по столько нужно, чтобы нас раскатать. Но нам-то нужно извести эти полки или восвояси отправить.

 - Дак они и к стенам подступать не станут, если им нужно просто тракт перегородить. Встанут лагерем против нас, делов-то.

 - То так,- тяжко вздохнул воевода, вот только показалось или он и впрямь бросает на парня лукавый взгляд.- Не нужно им этого. Путь преградить и то ладушки. А как простоят недельку, то тут уж нам нужно будет силу великую собирать, чтобы разбить их.

 - Это точно, лагерь за это время они укрепят основательно. Прости воевода, но не вижу я как можно волю Миролюба выполнить.

 - А исполнить надо, ибо не двусмысленна она. В грамоте ясно сказано, беречь тракт.

 - Дак грамота-то была писана еще до сражения, сколько тогда мог от себя отослать Карл, а сейчас дело совсем иное.