Ученый мир долго бурлил после этого, безуспешно пытаясь отыскать других представителей открытого Туроутиром Агенарга вида насекомых. Высказывались осторожные намеки, что это чья-то злая шутка, муляж, в лучшем случае — единичный мутант. Вроде бы на Колле назойливых кровососущих мушек одно время называли агенарками. Но Колла — это история Янияна и Яна Теренсов, Рона Шера и Велы Клаусвар. Это история становления адептов Третьей силы, не имеющая к Туроутиру Агенарга прямого отношения. А в тот день на Мирре вконец обессиленный адмирал едва дождался ночи. Обесточил всю аппаратуру своей палаты. Наконец-то покой. И пришел к нему сон.

Может, и не было сна. На следующий день Туроутир Агенарга ничего не помнил, лишь легкое чувство тревоги не покидало его. Много позже, на Фее, вместе с выздоровлением стали приходить обрывки воспоминаний. Но тот сон перемежался со сновидениями небытия, и Туроутир Агенарга никогда не мог провести между ними четкой грани.

Меж тем вести, доходившие до него, неожиданно приобрели тревожный характер. Пропал еще один звездолет, как раз в том районе, где могла пролегать трасса второго, пока не найденного «Огуза». Специальная экспедиция, снаряженная на поиск и уничтожение Источника, возвратилась ни с чем. Нужны были Таблицы Месенна — Корева, но по понятным причинам они могли быть получены только лично адмиралом. Минимальный курс лечения на Фее предполагал полугодовое пребывание на ней. Туроутир Агенарга покинул Фею через два месяца, как только убедился, что в состоянии выполнить установленные нормативы по физической подготовке для своего возраста.

«Аист», адмиральский корабль, почти четырехкилометровый исполин, масса-нетто более 25 миллионов живых тонн, застыл у главного причала космопорта Цении-1. Подготовка к походу завершена, осталось последнее — принять на борт Таблицы Месенна — Корева, самое совершенное и необъяснимое из всего, чем когда-либо обладал человек.