— Говорит Стоун. Вызываю Холлиса. Долго ли мы сможем поддерживать связь?

— Смотря с какой скоростью мы движемся.

— Что-нибудь около часа, а?

— Я полагаю, не дольше.

Голос Холлиса прозвучал спокойно и отрешенно. Спустя минуту он спросил:

— Что произошло?

— Взорвалась ракета. Это иногда случается.

— В какую сторону ты летишь?

— Похоже, что свалюсь на Луну, а ты?

— Меня несет к Земле. Назад к родной планете со скоростью десять тысяч миль в час. Сгорю, как спичка...

Холлис представил это со странной отрешенностью: будто он отделился от собственного тела и наблюдает, как оно падает и падает в чернильную тьму космоса так же спокойно, как в давно ушедшие зимы следил за первыми снежинками.

Остальные молчали, мысленно проходя путь, который привел их к концу, и продолжали падать в бездонность, бессильные что-либо изменить. Даже капитан не подавал голоса: не было плана, не было приказа, не было спасения.

— О-о-о, как долго мне падать? Я падаю и падаю, и нет конца! — забился в наушниках голос. — не хочу, не могу умирать! Я боюсь смерти! Как глубока пропасть!..

— Кто это?

— Не знаю.

— Должно быть, Стимсон. Это ты, Стимсон?

— Стимсон, это я, Холлис. Ты меня слышишь? Молчание, каждая секунда которого разносила их дальше и дальше.

— Стимсон!

— Слушаю, — наконец отозвался он.

— Возьми себя в руки, старина, мы все влипли одинаково.

— Я не хочу умирать, я хочу спастись!

— Держись, нас могут разыскать!

— Да, да, разыщут, — подхватил Стимсон.–Я не верю, не хочу поверить, что это все происходит с нами!

— Дурной сон, — вмешался чей-то голос.

— Закрой глотку! — оборвал его Холлис.

— Иди сюда и заставь меня замолчать, — предложил голос.