Но, заставив себя слушать, он поймал обрывок последней фразы:

-...тебя было нелегко - ты оказался на другом континенте. "Каком другом?" - мелькнула мысль, но в трубке, которую он продолжал прижимать к уху, шелестело:

- В последние месяцы войны я сделал открытие, суть которого ты узнаешь позже. До последнего времени я был хозяином созданного мною мира... До последнего - потому что теперь, когда ты слушаешь мой голос, меня уже нет... Теперь властелин этого мира - ты. Мой наследник...

И тут Куртис совершенно четко понял: этот господин с жестяным голосом все перепутал!

А голос повторил:

- Да, ты властелин этого мира! Тебе предстоит закончить то, что не успел я... - голос в трубке смолк, как бы давая слушателю освоиться с услышанным;.

И тут только до Куртиса дошло: этот-то "дядюшка" помер... сам только что сказал!

Мысли - куцые, сбивчивые - завертелись в голове Эдуардо каруселью, даже тошнота подступила к горлу, - и сложились в одну, наполнившую все его существо дикой, оглушающей радостью: повезло! Первый раз в жизни повезло! "Этот, все напутавший, "дядюшка" проверить теперь уже ничего не сможет - когда там я родился, где меня крестили..."

Голос тут же подтвердил:

- Теперь хозяин ты!

И после короткой паузы - Куртис напряженно ждал - продолжал:

- А теперь прощай. Все остальные инструкции, мое завещание ты найдешь в своем кабинете, - голос нажал на слове своем, и Куртис неожиданно для себя крякнул. - Схема твоей резиденции нанесена на нижней крышке этого телефонного аппарата. Итак, прощай. На твои плечи легла огромная власть, и огромная цель стоит перед тобой. Прощай.

Жестяной шелест в трубке умолк. Дон Эдуардо на всякий случай еще немного подержал трубку возле уха. Потом осторожно положил и, наклонясь, поднял с пола аппарат, перевернул-трубка соскочила с рычагов. Жарко вспотев, он поймал ее у самого пола. Не хватало еще за разбитую трубку платить...