Летят-спешат команды, отплясывает лифтер. Регулирует потоки, задает режимы транспортировки, отслеживает распределение веса, чтоб какой шибко ретивый дроид не взвалил на хрупкие плечи сверх указанной в техпаспорте нормы, или наоборот — не волынил безнаказанно.

Эдик топчется возле Рината-пушистика. Попивает крепчайший кофе, заодно и пальчиками: бяк-бяк-бяк, ботинками: топ-топ-топ, на работе ведь, не в вирт-борделе. Эдику плохо, у Эдика упадок сил и отвратительное настроение из-за внеочередного скандала: Натали умеет хрюкнуть за живое, поддеть как вибросерпом по чреслам. Мужская несостоятельность перед отлетом? Прощальная ночь, и… Что может быть хуже!

Бяк-бяк-бяк? — брык-брык-брык! — из-за тягостных дум Эдик проморгал столкновение двух тележек, чуть ли не по стратосферу заваленных серебристыми контейнерами — на каждом ярко-красная штриховка. Мазнул взглядом по коду — считано! — «Сделано в Камбодже».

Где-где?

…пластиковые тубы, мягкие, с крышечками — россыпью из дыры в помятом контейнере. И тут же сигнал: «Герметичность упаковки нарушена. Герметичность…». А, не страшно, клея чуток, тьфу-тьфу, и контейнер как новенький. Интересные тубы. Добавка к мазюкалке? Развлекуха, небось, какая или обучалка. Без лицензии, не иначе: меток нету — ни состава, ни области применения, ни противопоказаний.

И капитан где-то. И штурман там же. И главбух озабочена прической для вечеринки. Юбилейный запуск, тля. А Эдик горбатится тут на дядю. За гроши. Подбирай, тля, что упало. Пихай в контейнер. Не бяк-бяк, а ручками. Ну уж нет, что упало, то пропало.

Две тубы — в кармашек комбеза. Компенсация. Моральная, хе-хе. И подчистить память дроидов, мол, без происшествий, порядок и норма.

Отстегнувшись от потолка по расписанию, Эдик шлепается на пол. По расписанию — это правильно, иначе рискуешь упасть на рога командира или (о, ужас!) на прическу главбуха — сплетенные жгуты горгон плюс десяток мьют-орхидей, в меру хищных, но очень стильных.