— Интересно, как это Андрей сумел ящерку приручить. — И придет же такое в голову!

— А может, он — чудак с приветом, как говорит моя Светка.

— Додуматься только ящерку приручить. Циркач. И зачем ему этот институт. Приезжал бы ко мне домой, там у нас в яру ящериц таких на всю жизнь хватит.

Завр позвонил и стоял спокойно и сосредоточенно, будто пришел не домой, а по крайней мере на заседание.

Дина, бледная и испуганная, открыла ему. Но Завр не заметил ее состояния сразу. Похлопал жену по плечу и заговорил самодовольно:

— Можешь меня поздравить… А еще говорила, что из меня никуда не годный святой… Оказалось — прекрасный. Сегодня меня повысили в моей святости, моя дорогая.

«Последняя свинья этот Кверкус после этого. Будто я его не просила. Пообещал же… А теперь идиот мой вообще нос задерет…» — подумала было Дина, но вспомнила о снесенном яйце. — Ты ничего не замечаешь?

— Что ты говоришь, моя дорогая?

— Неужели не замечаешь, что я немного похудела?! — истерично закричала Дина.

Завр удивленно и испуганно молчал. Наконец сообразил, о чем Дина говорит.

— Где оно? Ты вызвала машину?

— Не ждать же, пока ты меня надоумишь!

— Где оно! Покажи мне! — Он нежно обнял ее длинную и красивую зеленоватую шею. — Ты не забыла подогреть песок?

— Как ты мне надоел своим занудством. Не забывай подогревать свои лапы перед сном. А о своем… нашем яйце я как-нибудь и сама позабочусь.

— Где оно?! Покажи! — ринулся Завр в свою комнату.

Дина рассмеялась ему вслед.

— Ты где ищешь? У себя в комнате? Уж не ты ли собирался снести яйцо?..

Завр нервно сбросил с ног обувь, заскочил в комнату Дины. Мягкий оранжевый свет от торшера падал на колыбельку с мелким (мельчайшим, какой только сумел достать Завр) песком, подогреваемым современнейшим устройством.