
Кулл летел в вихре, который нес его сквозь анфиладу залов, сменявших друг друга с поразительной быстротой и похожих как две капли воды. Атлант даже подумал: этот полет не более чем наваждение, на самом деле он никуда не движется, а пребывает в кошмарном сне. Но потом залы стали различаться, меняясь прямо на глазах, колонны становились все более и более строгими, пока в конце концов не превратились просто в гладкие цилиндры.
Вихрь нырнул в очередную арку, где была кромешная тьма, и прекратился, мягко опустив Кулла на пол. Постояв немного, он шагнул вперед, тьма осталась за спиной, а то, что атлант увидел, заставило его замереть от изумления.
Он стоял на уступе под самым потолком пещеры, уходившей в невидимую даль. С потолка свисали тысячи и тысячи разноцветных игл толщиной с человеческую руку, а где-то между ними пылали огненные шары, которые бросали призрачный свет на скрытое тенями дно пропасти.
Там, внизу, Кулл разглядел блуждающие огни и тут же услышал вопли неведомых созданий, которым, казалось, было не на что надеяться. Они словно умирали и вновь рождались каждое мгновение, снова и снова, и этому не было конца. Атлант вздрогнул от ужаса и отвращения.
От уступа вниз вела еле различимая тропинка вдоль почти отвесной стены, и Кулл направился по ней, шагая размеренно и быстро. Тропка иногда почти совсем исчезала, сужаясь до размера его ступни, мелкие камни то и дело срывались в пропасть, но атлант не останавливался, не прижимался к стене и не смотрел вниз, будто совсем рядом вовсе и не зияла пропасть.
