В тот день Уоррен Каттлетон пошел на работу. И напрасно. Сосредоточиться на лежащих перед ним бумагах он не мог. Думал только об убийстве Сандры Джитлер. Он понимал, что, скорее всего, не мог убить девочку. И одновременно знал, что убил.

Кто-то из сотрудниц спросил, не приболел ли он. Вице-президент компании осведомился, давно ли он проходил диспансеризацию. В пять вечера он отправился домой. Ноги так и несли его в полицейский участок, но он проявил твердость и остался дома.

А ночью начались кошмары. Он снова и снова просыпался. Один раз даже от собственного крика. Под утра он уже понял, что больше не заснет. От пота намокла не только простыня, но и матрац. Он долго стоял под душем, оделся, спустился вниз и зашагал к полицейскому участку.

В прошлый раз, после признания, они доказали его невиновность. Разумеется, ошибиться они не могли. И он, скорее всего, не мог зарезать Сандру Джитлер, но вдруг сержант Рукер сможет убить замучивший его признак девочки. Он признается, ему докажут, что он невиновен, и он снова сможет спать спокойно.

Он не стал разговаривать с дежурным сержантом. Прямо поднялся наверх к сержанту Рукеру. Тот его сразу узнал.

- Уоррен Каттлетон. Опять с признанием?

- Мне так не хотелось идти к вам. Вчера я вспомнил, что убил девочку в Куинз. Я знал, что убил ее, и знал, что не мог этого сделать, но...

- Вы уверены, что убили ее.

- Да.

Сержант Рукер все понял. Он отвел Каттлетона в маленькую комнатку, не в камеру, и попросил посидеть там. Ушел, несколько минут спустя вернулся.

- Я позвонил в отдел убийств района Куинз. Выяснил некоторые подробности, которые не попали в газеты. Вы помните, как что-то вырезали на животе девочки?