— ИскИн тип «Озерта», номер восемьдесят дробь один.

— Офигенно информативно! — я нервно засмеялся. — И чего теперь?

— Вам следует перейти в медотсек.

— Чё, давление хотите померять? — я прикололся.  

— Вам следует перейти в медотсек, — голос был все также ровен. — Следуйте за световым указателем.

— Мои спутники где?

— С ними все в порядке.

— Они живы? В безопасности?!

— Живы. В безопасности. Вам следует перейти в медотсек, — голос не изменился ни на йоту.

— Сучья железяка! Где мы?

— Информация будет предоставлена после прохождения процедур.

— Водными займитесь… проце-дурами, — насквозь фальшиво пропел я из Высоцкого. — Пошли железяка. Кровь будем сдавать?

— В этом нет необходимости. Следуйте за стрелкой.

С легким чмоканием часть стены ушла в сторону. На полу появилась стрелка. Я шагнул наружу.

Стрелка. Забавно… ни подсветка, ни… …хрен его знает, что это? Типа как голограмма. Да-а, а коридорчик-то неслабый. Я огляделся. Он тянулся в обе стороны… далеко. Концы терялись во тьме. Освещен был только кусок где стоял я. А размерчик-то — зашибись. Два грузовика разъедутся. Влегкую.

Шагнув в помещение, куда привела меня стрелка, я огляделся и там.

«Эх, и ни хрена себе «отсек»?», — только и смог изумился я снова.

Мля, это больше походило на самолетный ангар, разбитый на отсеки. Кругом застывшая техника. В полной боевой. Об этом свидетельствовали зелененькие огоньки на них и на многих панелях. А уж техника-то… вообще ни на что не была похожа. Никаких андроидов или там человекоподобных роботов. Вона, хрень какая-то стоит. Жук, не жук. Паук какой-то с многосуставчатыми лапами. Никелированный, как набор хирурга. И лап у него дофигища. Рядом совершенно черная хреновина опутанная проводами и трубками. Она больше всего смахивала на пальму на колесиках. Какие-то ванны с крышечками… «Гробы на колесах», — кольнула неприятная ассоциация.