— Построиться клином! — крикнул Шелдион.

Колесничие мгновенно помчались, выстраиваясь треугольником, выставив щиты, а внутри клина люди взяли копья наизготовку.

Колесничий Шелдиона, массивный и нескладный на вид детина в тяжелых кожаных доспехах, обитых бронзой, вынул второй по размеру щит из гнезда над колесом.

— Сегодня я защищаю вас, мастер, — пропыхтел он.

Шелдион кивнул.

— Добрый Тоджас, с твоей помощью я сегодня стану вдесятеро сильнее!

Все было готово. Полуволки спускались по Императорскому Проезду, готовясь атаковать. Вот уже колесничим видны белеющие лица пехотинцев-стражников. Пехота повернула. Отступает. Бежит.

Твердо чеканя шаг, принц Шелдион занял место во главе треугольника. Тоджас, с открытым лицом, угрюмый и безжалостный, занял позицию слева от принца. Ни одно случайное копье не должно потревожить его господина.

Шелдион поднял меч. Клинок блеснул на солнце ослепительно-белым пламенем.

Клинок опустился.

Отряд понесся вниз по дороге, навстречу шеренгам врагов.

Ноги в сандалиях стучат по мраморной мостовой. На лицах выступил пот. Руки в бронзовых перчатках крепко сжимают рукоятки пик и копий, сердцевидные щиты с колесниц выставлены, подобно колючкам у ежа. Колесничие Ферраноза в наступлении!

В голове у Шелдиона пульсирует одна-единственная мысль.

«Мы должны продержаться, пока не подоспеет Квантох! Только он может спасти нас от черной магии!»

Пехота разбежалась. Триумфальный вой разнесся среди полуволков. Они ринулись вперед, намереваясь выскочить прямо ко дворцу со всеми его сокровищами, с его золотом и драгоценными камнями, ароматными винами и изысканными кушаньями и, конечно, женщинами…

И вся эта лавина серых тел с разбегу налетела на строй колесничих.