Его слова были встречены смехом. Мора пришел в неистовство и начал кричать: «Мы пройдем в прошлое! Да! Проткнуть глотку одному человечку — и всему этому кошмару хана!» Кто-то попытался его урезонить, указав, что это верный путь погубить все человечество. «Ну и черт с ним! — крикнул Мора. — Грош цена этому стаду баранов! Одним ударом порешить сорокалицых мудрецов с рыбьей кровью! Сдохнет еще миллиард — ну и пусть! Кто выживет, те нам памятник поставят!» Обстоятельства были таковы, что заявитель не придал серьезного значения словам Мора. Он счел их жалкой истерической попыткой привлечь к себе внимание женской части общества. Но когда на днях произошла внезапная и непонятная утечка энергии из батарей одной из специальных установок бейрутского института, он связал между собой эти два случая и сделал вывод, что кто-то, возможно и сам Мора, сделал попытку проникнуть в прошлое. Возможно, для совершения гибельных действий. Некоторые показатели последующей работы установки могут быть истолкованы так, что попытка удалась. Заявитель счел своим долгом сообщить о своих подозрениях руководству института. Профессор эль-Шамуни немедленно доложил об этом лорду Хафэнауру. Лорд обратился к присутствующему здесь профессору Зелиньски за консультацией. Профессор Зелиньски не исключает вероятности злонамеренных действий, но и не видит прямых им доказательств. Была предпринята попытка найти Мора. Выяснилось, что, не располагая правом на деление личности, Мора декаду тому назад испросил длительный отпуск для занятий в Ленинской библиотеке в Москве. Однако в списке лиц, посещавших библиотеку в последние дни, фамилии Мора нет. Это обстоятельство в числе прочих и побудило лорда Хафэнаура лично обратиться в президентуру с заявлением о случившемся.

3

— Хелло, Йерг!

Степан оглянулся.

Мэри осталась стоять на дорожке, а Кузнечик-Билли шел к нему прямо по мокрому газону.