- Я Капитан Семи Ветров.

- Здравствуйте, - ответил мальчик, боясь вздохнуть и все время перебегая восхищенном взглядом от треугольной шляпы капитана к серебряном пряжкам на его ботфортах. Странно, невозможно и чудесно было вообще встретить его, - но ещё страннее было встретить его здесь, посреди желтовато-охристого осеннего леса. И со смелостью благоговейного страха, смешанного с восторгом, мальчик спросил:

- А что вы делаете здесь? Ведь тут нету моря...

Капитан Семи Ветров вздохнул, и в его голосе прозвучала печаль.

- Я охраняю сокровище.

Сокровище! В груди мальчика вспрыгнуло то чувство, какое бывает, когда качели с самой верхней точки летят вниз. Сокровище! Кованые сундуки, набитые золотыми пиастрами и драгоценными камнями, а один из сундуков рассыпался от времени, и золото лежит просто так, грудой, из которой выглядывает чей-то побелевший череп...

- Мое единственное сокровище, - медленно повторил капитан.

И, соединив школьную вежливость с нетерпеливым азартом пирата-золотоискателя, каким он так часто бывал во сне, мальчик попросил срывающимся голосом:

- Если только можно, сэр... покажите!

Капитан посмотрел на него долгим взглядом, чуть сощурясь и сведя густые четкие брови, между которыми половину лба перерезала вертикальная морщина. Его квадратные коричневые пальцы постукивали по эфесу шпаги. Подавшись вперед, мальчик замер.

- Как тебя зовут? - спросил капитан.

- Бобби, - и мальчик доверчиво вложил тонкие белые пальчики в протянутую жесткую ладонь.