– Ты что?! – ахнул брауни, отрываясь от миски с жирными сливками, к которой уже успел основательно приложиться. – На свадьбу – зеленое?

– Не передумает, – отмахнулась девушка, пошевелив кочергой поленья в камине и снимая с плеч плед. – Если уж они за неделю все дело сладили, даже официальной помолвкой не озаботившись, значит, мой будущий супруг настроен решительно. Кроме того, говорят, что он не верит в приметы.

– Он что, не шотландец? – с подозрением прищурился патриотично настроенный комок шерсти.

Нэрис рассмеялась:

– Шотландец! Но свободомыслящий. – Тут она вздохнула. – И, наверное, родовитый да очень влиятельный, раз папа даже думать не стал над предложением. Хоть взглянуть бы на него! А вдруг он старый и страшный, как смертный грех?

– Ну, тогда, положим, лучше тебе его пока не видеть, – прочавкал брауни. – Зачем заранее настроение портить? Отказаться все равно ведь не сможешь, раз уж отец свое согласие дал.

– Да я и не собиралась отказываться, – пожала плечами Нэрис. – Я же все понимаю. И матушка уже который год зудит под ухом, мол, сижу в девках, у родителей на шее, ни зятя, ни внуков… Можно подумать, это из-за меня! Да папа всем отказывает!

– Не попрекай отца, – сурово сказал брауни, – он о твоем будущем радеет! Ну… и о своем тоже… но это во вторую очередь!

– Угу, – хмыкнула она. – Как же, во вторую! Но в любом случае сейчас это неважно! Совсем скоро я стану замужней дамой. Ужасно любопытно, как это?

– А чего тут любопытного? – донеслось от стола. – Вон на маменьку погляди – и сразу все понятно будет! Дело известное: мужа с охоты ждать, дом вести, стряпать, слуг гонять, детей растить… А не на причале околачиваться и с книжкой заморской по полночи у свечи сидеть!

– Ты опять за свое? – надулась она и тут же погрустнела. – Да уж, про причал – это в самую точку. Папа сказал, что мой будущий супруг из Хайленда. Откуда в Нагорье причалы? А что касается книг и того, что я сижу над ними «по полночи»…