Тук-тук-тук!

Сердце захлебнулось дробью ударов, словно автомат очередью, я почувствовал эти судорожные толчки крови в висках, в ушах, за глазами. Я подскочил в кресле, пихнул руку под плащ к Курносому, разворачивая голову вбок, к стеклу.

Какой-то миг мне казалось, что он стоит там, – его рука, стучащая по окну…

Слишком далеко, не у стекла. И не человек – ветка. Всего лишь ветка, и вовсе она не похожа на руку. А в боковом зеркале лишь бок «козленка» и пустая просека.

Цак-цак-цак.

Стучало не сбоку, а впереди.

Я медленно повернул голову. По капоту гулял огромный ворон. Когти цокали по железу.

Я ударил по стеклу. Пошла вон, тварь! Пошла вон! Чуть не рехнулся из-за тебя!

Ворон поглядел на меня, склонив голову, и снова переступил лапками. Цак-цак.

Разжав ладонь, я с силой шлепнул по стеклу. На этот раз звук вышел громким, а удар пронзил замерзшую руку будто ледышку, чуть не разлетелась на крошечные осколки, но это было ничто по сравнению с той яростью, что душила меня. Пошла вон, дрянь! Пошел вон!

Ворон с достоинством выдержал паузу, косясь на меня черными бусинами глаз – не боюсь я тебя, сам улетаю, – и лишь потом побежал по капоту, подпрыгивая, выше и выше, пока наконец махи крыльев не подхватили его.

Неспешно хлопая, перелетел на ветку над машиной. Развернулся на ней и снова уставился на меня.

Цук-цук-цук – все звенело железо, чуть тише.

Несколько секунд я не мог понять, что это. Цук-цук-цук – никак не желая кончаться, только я никак не мог понять, откуда идет звук. Еще одна черная гадина? Разгуливает по крыше, где я ее не вижу?

Здоровенная капля расшиблась о ветровое стекло, за ней другая, и вдруг хлынул ливень, по машине забарабанило со всех сторон.

Спать хотелось ужасно, но страх был сильнее.