Внутри было темно и тихо.

- Карлсон? - позвал он. - Карлсон, это я, Малыш. Ты здесь?

Что-то шмыгнуло, зашуршало, чиркнуло в темноте. По комнате разлился тусклый свет ночника, что стоял на тумбочке у кровати. Малыш пригляделся, на кровати лежал сухощавый старик с рыжей шевелюрой.

- Привет, Малыш, - хрипло произнес старик. В голосе его не было прежней жизнерадостности. - Чем будешь угощать?

- Тортом с восемью свечками, - улыбнулся Малыш, но на глаза его навернулись слезы. - Или лучше так: восемь пирогов и одна свечка, а?

- А как же колбаса? - грустно хмыкнул старик. - Ладно, проходи, садись.

Он прошел и плюхнулся на край кровати, скрипнуло.

- Чтож ты врал, что тебе восемь лет? - с иронией произнес старик. Кровать-то под тобой скрипит, будто тебе все сорок.

- Сорок два, - автоматически поправил Малыш и осекся. - Карлсон, а это, в самом деле ты? - произнес он со смешанным чувством.

- Нет, - обрубил старик, и воздух комнаты наполнился горечью. - Я уже не Карлсон, и ты давно уже не Малыш.

Голос старика дрогнул, он потупился.

- Как же так? - вспылил вдруг Малыш. - Почему ты улетел и перестал появляться? Где ты пропадал? Почему?

Он задохнулся, а старик только покачал головой:

- А где был ты?

Малыш открыл было рот, но не нашел, что сказать.

- Я скажу, - продолжил старик. - Ты вырос, и я перестал быть тебе нужным. Зато я был нужен другим "малышам".

- А теперь?

- А теперь, - старик приподнялся на локте, протянул ссохшуюся руку к стакану с водой, что стоял на тумбочке, сделал глоток. - Теперь я скоро умру, и Карлсона не будет вовсе. Да уже нет. Мне трудно встать с постели, не то, что летать.

Малыш почувствовал, как что-то сдавило горло, резко встал.

- Ты куда? - окликнул хриплый голос.

- В магазин, - тихо шепнул Малыш. - За тортом со взбитыми сливками. А еще надо конфет и варенья - Сладкоежка, - хмыкнул старик. - Колбасы купи. И пива.