— Ты присматривался к ним? — спросил он Маву, уже зная, что услышит отрицательный ответ. Разумеется, Маву и в голову не приходило присматриваться к бусам: так, дешевая безделушка, разве что сгодится в подарок знакомой служаночке.

— Ну-ка глянь, — подал ему бусы Стенхе. Маву небрежно повертел их в руках.

— Ого! — вдруг протянул он. — И где ж мои глаза были? Что это такое, Стенхе?

— Амулет, — коротко ответил Стенхе.

Хокарэмы не верят в могущество амулетов. Вера в силу петушиной или волчьей лапы, собачьей шерсти или пепла жабы смешила их и вызывала желание использовать эту веру в своих целях.

Услышать же, что Стенхе называет таинственные бусы амулетом, было неожиданно для Маву — он помимо воли рассмеялся.

— Амулетов не бывает, Стенхе, — весело сказал Маву. — Не ты ли мне это говорил?

— Нет, не я, — ответил Стенхе. — Я никогда не отрицал возможности существования Настоящих Амулетов. Я называл шарлатанством все эти малоаппетитные штуки, которые дурни носят в ладанках. А Настоящий Амулет…— Стенхе подумал, подыскивая слова. — Настоящий Амулет — это, с точки зрения новейших знаний, такая вещь, которая оказывает явное действие, оставаясь непонятной по своей природе. Подобным Амулетом в свое время были игральные кости святого Кавустэ.

— По-моему, — сказал Маву, пропуская бусы между пальцами, — для подобной вещи нужно какое-то другое название.

— Зачем же искать другое? — отозвался Стенхе. — Слово «амулет» именно в таком значении употребляется алхимиками уже несколько веков.

Стенхе в задумчивости расставлял на доске фигуры. Играть он не собирался, но Маву неожиданно сел напротив него:

— Сыграем?

— Поди ты…

— Сыграем. — Маву сделал первый ход. — А?

Стенхе пожал плечами. Маву был настолько беспомощным игроком, что на него не стоило тратить время. Однако несколько ходов спустя Стенхе понял, что Маву стал проявлять ту же сильную манеру, какой только что щеголяла Савири.