А вот в каком деле профессионалом является Саша Акентьев, она не могла сформулировать. Похоронных дел мастер? Вроде, нет. Странный он, Акентьев, не подпадающий ни под одно определение.
Почему жизнь устроена так, что все ключи, все тайны оказываются у людей подобных Переплету? Альбина чувствовала, что ему нельзя верить, ни в коем случае. Чувствовала, что он может быть даже опасен, но не могла поделиться своими опасениями ни с отцом, ни с мужем. Не хотела, чтобы ее записали в истерички.
Впрочем, ее настороженно-неприязненное отношение к Акентьеву несколько ослабло с тех пор, как тот обзавелся семьей. Альбина уже знала от Олега, что Ксения не ребенок Переплета. Учитывая цвет кожи малышки, Александру можно было только посочувствовать. Это только в старом слюнявом фильме «Цирк» с Орловой в главной роли кто-то говорил, что в стране Советов можно безбоязненно рожать и черных, и в полосочку. На практике дело обстояло несколько иначе. Впрочем, Переплет не жаловался. Нес свой крест со спокойствием сильного. Он производил впечатление человека, крайне довольного своим положением и уверенного в своем будущем. И умел внушать уверенность другим. Альбина понимала, что они с Олегом очень многим ему обязаны и ничего тут не попишешь. Слов из песни, как говорится, не выкинешь.
Марлен Вихорев посмеивался над молодыми и называл их нэпманами. Альбина сама долго не могла поверить, что все это всерьез – бизнес, кооператив. Что и дети ее смогут «унаследовать» это дело. Совсем как при царском режиме! А разговор о детях был отнюдь не теоретическим. Олег считал, что самое время завести ребенка – все его знакомые уже были отцами. Альбину несколько задевало такое отношение, можно было подумать, что главное для него – не выглядеть белой вороной в глазах этих знакомых. Впрочем, она и сама давно с завистью следила за молодыми мамами, вывозящими в разноцветных колясках свои ненаглядные чада.