- Нет, Глонк.

- Тогда, быть может, юному правителю стоит принести миру Карста сто семьдесят шестого?

Карси не ответил, Глонк поклонился и вышел. Идя по коридору, он гнал мысли, которые навязал ему принц.

Катастрофа произошла на следующее утро. Глонк пришел пригласить принца к завтраку, но принца в его апартамента не оказалось, не было его и в других залах, и во дворе, его вообще не было в замке. Глонк сообщил об этом правителю.

Карст пришел в ярость.

- Ты был ближе всех к моему сыну.

- Да, мой правитель.

- Говори!

- Что мой правитель? Что я должен говорить?

- Что произошло? Из-за чего мой сын пропал? Куда он мог деться?

- Я могу лишь догадываться, мой правитель, вот все, что я знаю, - и Глонк поведал Карсту о событиях последних дней и о разговоре двухлетней давности. - Ферл сказал, что принц взял лошадь, снаряжение и заявил, что едет на охоту. Ферл не смел остановить его, - закончил Глонк.

Вопреки ожиданиям Глонка, гнев правителя не испепелил его на месте. Карст посерел и ссутулился, железные черты его лица потеряли жесткость и четкость линий, в глазах появился неприкрытый страх. Таким никто и никогда не видел железного правителя:

- Его нужно вернуть... остановить, - пошептал он охрипшим голосом, в котором не было прежней уверенности и металла.

Карси карабкался в гору.

Перелески и холмы у подножия хребта кончились, и теперь шла голая скала. Лошадь пришлось оставить внизу, и только Шторм составлял теперь компанию принцу. Карси шел вперед, он знал чего он хочет. Он знал, что движет его вперед.

Чем выше он поднимался, тем становилось труднее. Он останавливался, передыхал и снова лез вверх. Принц никогда не делал ничего подобного и от того двигался он медленно и неумело. Ночь застигла его уже у самой вершины, он поел и лег спать в обнимку с медведем.