А еще они притащили с собой дядюшку Пола Делагардье. Он уже еле дышит от старости и артрита. Жалкое зрелище: еле живой старик с огромной гарденией в петлице. Он еще пытался острить. В его возрасте это выглядит омерзительно. В церковь набился всякий сброд: эта нелепая старуха Климпсон, парочка висельников, с которыми Питер познакомился, когда занимался своими «делами», да несколько полицейских. В сущности, почти никого из наших друзей. В последний момент примчались Чарльз и Мэри. Чарльз показал мне одного человека в форме Армии спасения. Он сказал, что это бывший грабитель. Я ему, естественно, не поверила. Это уж слишком! Даже для Питера.

Наконец, появилась невеста. Ты представить себе не можешь, кто ее окружал! Это был кто угодно, только не подружки невесты! Какие-то ефрейторы в юбках. А самая грубая и нелепая женщина повела невесту к алтарю. Мне сказали, что это директриса колледжа. Слава Богу, что Харриет (кажется, я ее так теперь должна называть) не надела фату. Ты же помнишь, какое у нее прошлое. Но зачем она надела это вульгарное золотое платье? Строгий светлый костюм был бы намного приличнее. Придется, видно, поговорить с ней о том, как она одевается. Хотя из этого, наверное, ничего не получится. Никогда не видела такой беззастенчиво довольной невесты. Полагаю, что в некотором роде, она имела на это право. Так умно разыграть свои карты! А вот Питер был бледным, как простыня. Я думала, он вот-вот упадет в обморок. Может, до него все-таки дошло, во что он позволил себя втянуть? Никто не может меня упрекнуть, что я не старалась открыть ему глаза. Их обвенчали по старой церковной форме, и когда невеста сказала: «Повинуюсь», я чуть не расхохоталась. Она выглядела упрямой и тупой, как мул.

Потом все бросились обниматься на радостях, и вся странная компания уселась в машины (которые, несомненно, были заказаны на деньги Питера), и мы отправились назад в Дэнвер. За нами увязалась куча репортеров. Мы приехали к моей свекрови.