Нет нужды рассказывать, что она зря старалась. Однако после церемонии директриса один раз все-таки растерялась. Она подошла к жениху и собиралась произнести торжественную речь. А мистер Вимси, представляешь, вдруг обнял ее и расцеловал. Сама понимаешь, мы так и не узнали, что это была за речь. А потом он расцеловал нас всех (каково!), а мисс Лидгейт так расчувствовалась, что ответила ему долгим и нежным поцелуем. После этого свидетель жениха (очень симпатичный молодой человек, его зовут Сент-Джордж) присоединился к мистеру Вимси, и началась настоящая оргия из поцелуев и объятий. И нам опять пришлось приводить прическу мисс де Вайн в порядок. Свидетель жениха подарил нам по хрустальному графину и набору рюмок для шерри (Боже, прости ему такую смелость!), а директриса еще получила чек на двести пятьдесят фунтов для фонда стипендий. Очень благородный поступок!

Но я со своими глупыми эмоциями забыла о самом главном — о невесте! Я и не думала, что Харриет Вэйн может так потрясающе выглядеть! Она всегда казалась мне неуклюжей взъерошенной первокурсницей, кожа да кости, с вечно растерянным выражением лица. А вчера она была похожа на даму эпохи Ренессанса. Как будто старый портрет вдруг вышел из золотой рамы. Сначала я подумала, что это из-за золотой парчи, но потом поняла, что все дело в ней самой. Просто я ее раньше не рассмотрела. Жених и невеста так трогательно держали друг друга за руки. Казалось, весь мир перестал для них существовать. Мистер Вимси — единственный жених из всех, кого я когда-либо видела, кто, похоже, точно знал, что делает и. как ни странно, очень этого хотел.

По дороге в Дэнвер… Да, кстати, лорд Питер решительно отмел всех Мендельсонов и Лоэнгринов, и венчание проходило под музыку Баха. По дороге в Дэнвер брата мистера Вимси, к счастью, забрали от его мегеры-жены. Мы ехали в одной машине. У графа очень мужественное лицо. Он немного похож на Генриха VIII, только без бороды и намного стройнее. Ну и, конечно, современнее.