– Сань, смотри, она глаза открыла, – вполголоса сообщил один.

– Так, ну и как себя чувствует наша больная? Проснулась? – задушевно проворковал дядечка в белом халате. – Вы помните, что с вами произошло.

Я прекрасно помнила и кивнула ему в ответ.

– Прекрасненько. Как вас зовут?

Язык не очень хотел слушаться, но я смогла прошептать:

– Мария.

Врач недоуменно заглянул в историю болезни, потом обернулся к парням. Те заметно переполошились.

– Доктор, ее Лили… то есть Воронова Лилиана Владимировна зовут.

Я отрицательно замотала головой. Доктор снова вопросительно поднял брови.

– Вы хотите сказать, что молодые люди принимают вас за кого-то другого?

Я кивнула.

– Да мы сто лет знакомы, док! Может, ей память отшибло?

Доктор поднялся и, с сомнением покачивая головой, вышел из комнаты. Прикинувшись, что опять отключилась, я почувствовала, как мордовороты подошли и стали меня рассматривать.

– Лили, ты чего? Прикидываешься?

– Не видишь, вырубилась опять.

– Вить, как думаешь, она косит или правда память потеряла?

– Я те чё, доктор? Пусть он решает или сам Костик. Ты-то видишь, она это.

– А вдруг она по чужим документам живет?

– Лили все может. За ее бабки любой паспорт купишь, хоть мужской. Нам-то какая разница?

– Просто чего-то у нее в лице не то…

– Сань, а ты со всего размаха долбанись хоть об косяк, а потом на свою физию в зеркало глянь. Если это не она, то чего, как только нас увидела, со всех ног удирать бросилась?

– Да не о том я. Она-то это точно, я же не слепой. Просто не то что-то. И прическа…

– И платье, и помада… – ядовито добавил Виктор. – Если женщина хоть раз в месяц не меняет имидж, она заболела. А ты – прическа. Смешно даже.

Что-то тоненько зазвонило. Видимо, сотовый.

– Алло!.. Да, это Александр… Да, мы нашли… Спасибо… Все хорошо, только с памятью что-то. В несознанку ударилась… Говорит, Мария… Хорошо. – Он выключил телефон. – Ну все, Вить. Ее муж уже в Хургаде. Сейчас деньги привезет. Пошли, в коридоре, что ли, подождем. Вдруг ему не понравится, что мы на его жену пялимся.