– Я устал. Командир Дан извинит меня…

– Командир сам с ног валится.

Дан поспешно поднялся, освобождая проход, и усмехнулся, заметив озадаченный взгляд Брона.

Скрестив ноги, Эрни-лучник перебирал свою сумку. Слабо шелестели сухие травы. Пахло летом.

– Послушай-ка, – подал голос командир, молча наблюдавший за ним. – Я видел тебя сегодня в бою. Ты совсем не бережешься, словно ищешь смерти.

– Смерть минет меня, – равнодушно отозвался Эрни. – Так сказали боги.

– Что ж… Может, они сильнее моих. Но вряд ли боги будут защищать тебя от случайных царапин. У тебя даже браслета лучника нет.

Дан сел на постели, расстегнул свой браслет – массивный, широкий, покрытый паутиной древних рун.

– Возьми.

– Но командир! Это не браслет лучника. Я не могу…

– Можешь! Это не военная добыча. Это единственное, что осталось от моих сокровищ.

Встретив взгляд лучника, усмехнулся криво:

– Не думаешь же ты, что они щадили наши замки? У них было немало времени, прежде чем Владетели вспомнили о своем долге. Мне остались только сгоревшие стены… И еще вот это…

Он бережно развернул мягкую шкуру голубого зверька. У Эрни дрогнуло лицо:

– Боги, какая красота!

Ожерелье сверкало на широких ладонях – светлое серебро, синие сапфиры и горный хрусталь, соединенные сложным узором.

– Тебе нравится? – как-то застенчиво спросил Дан. – Это свадебный подарок. Подумать только, уже десять лет я должен быть мужем и отцом…

– Война поломала многие свадьбы, – задумчиво сказал Эрни.

– Свадьбы и судьбы. В тот год я и мои ровесники должны были взять в жены девушек с равнин…

– Ты так и не встретился с ней?

– Нет. И ничего не знаю о ее судьбе. А когда найду, смогу подарить нареченной в день свадьбы только это ожерелье, себя и свое имя.

– От многих не осталось и имен. Я думаю, твоя невеста сумеет оценить тебя и твой подарок.

– А ты? Дай руку! – Не слушая больше протестов, Дан надел Эрни браслет. – Говорят, боги, как люди, в родстве друг с другом. Быть может, и мои будут добры к тебе.